о журнале   публикации  книги контакты   подписка заказ!
Герман Климов. О времени, спорте и кино…

Андрей Баташев

Герман Климов

Визитная карточка
Герман Германович Климов, сценарист.

Родился 9 мая 1941 года в Сталинграде, родной брат известного советского кинорежиссера, народного артиста России Элема Климова.

В 1964 году окончил Всесоюзный институт физической культуры. Мастер спорта международного класса по легкой атлетике. С 1959 по 1970 год входил в сборную СССР по легкой атлетике. Призер чемпионата СССР и ряда международных соревнований по десятиборью и прыжкам в длину.

Когда Владимир Высоцкий писал свою «Песенку про прыгуна в длину», прообразом ее героя для него был Герман Климов.

В 1970 году окончил Высшие курсы сценаристов и режиссеров при Госкино СССР. Автор сценария художественно-публицистического фильма «Спорт, спорт, спорт» (1970). По сценариям Германа Климова поставлены художественные фильмы «Мужские игры на свежем воздухе» (1978), «Тактика бега на длинную дистанцию» (1978), «Прощание» (1978), ряд документальных фильмов. Герман Климов написал сценарий документального фильма о Сталинградской битве «Ни шагу назад» (2003), помогал Алесю Адамовичу и Элему Климову в работе над сценарием фильма «Иди и смотри» (1985).

С 1986 по 1991 год Герман Климов возглавлял Федерацию спортивного кино СССР. С 1988 по 1991 год был президентом Международной федерации спортивного кино и телевидения.

Пятнадцать сценариев Германа Климова по независящим от него причинам не были реализованы, однако он продолжал работать над новыми проектами. В мае 2011 года Герман Климов презентовал в Волгограде сборник своих стихов «Время дует в лицо».

Сейчас по его сценарию режиссер Сергей Головецкий завершает работу над документальным фильмом «Вызов» — о матчах легкоатлетов СССР и США.



«Матчи гигантов»
В 1958 году СССР и США заключили в Вашингтоне Соглашение о сотрудничестве в области культуры, техники и образования. В этом Соглашении была предусмотрена и организация регулярных соревнований между спортивными командами обеих стран.

…Всё дальше и дальше уплывают в прошлое «матчи гигантов», как когда-то называли встречи легкоатлетических сборных СССР и США, унося с собой неповторимую атмосферу того времени, его уже почти забытые приметы и особенности. Однако мастера кино могут вернуть на экран запечатленную в архивных кадрах реальность, оживив ее своим талантом и своими воспоминаниями.

— Казалось бы, именно мне должна была прийти в голову мысль сделать фильм о «матчах гигантов», — рассказывает Герман Климов. — Ведь я в те годы был своим в мире легкой атлетики, жил в ее атмосфере и присутствовал на первой матчевой встрече советских и американских спортсменов. Однако такая идея возникла не у меня, а у известного режиссера-документалиста, большого знатока легкой атлетики Сергея Головецкого (он бывший спортсмен-копьеметатель), который и обратился ко мне с предложением стать сценаристом этой ленты.

…Тем знаменитым встречам предшествовала довольно сложная предыстория. В конце пятидесятых годов прошлого века, когда совершенно реальной стала угроза холодной войны, все мы хотели, чтобы между нами и американцами было хотя бы чуть больше доверия. Но как приблизиться к такой цели? С чего начать? Ответ на эти вопросы еще на Олимпиаде в Мельбурне дал главный тренер легкоатлетической сборной СССР Гавриил Витальевич Коробков, предложивший ежегодно проводить матчевые встречи между сборными СССР и США.

Коробков встретился с руководителями американской легкой атлетики и изложил им свою идею. Они ею зажглись, однако встретили жесткое сопротивление со стороны политиков. С особенно резкой критикой выступил одержимый ненавистью к Советскому Союзу сенатор Маккарти. Против таких встреч возражал и Никита Сергеевич Хрущев, опасавшийся, что наши легкоатлеты могут проиграть.

Но всё же в июле 1958 года на стадионе «Лужники» состоялся первый матч СССР—США.

Американцы приехали в Москву, чтобы не просто выиграть, а смять нас, поскольку были уверены, что наша сборная не идет ни в какое сравнение с американской. Но мы выиграли, а в сложной обстановке тогдашнего противостояния — это был самый верный путь если не к дружбе, то хотя бы к какому-то взаимопониманию. Мы ближе узнали друг друга, а наши зрители с воодушевлением и дружелюбием приветствовали спортсменов обеих стран.

Та встреча стала главным событием в спортивной жизни всего мира. И о ней писали все газеты и журналы…

Предварительная работа по созданию нового фильма началась всего несколько месяцев назад, в феврале 2017 года. Однако судьба Германа Климова сложилась так, что готовиться к ней он начал много десятилетий назад… В недавнем прошлом он входил в элиту советской легкой атлетики: начав с десятиборья, стал затем одним из сильнейших наших прыгунов в длину, членом сборной команды СССР. Он, кстати сказать, один из немногих советских легкоатлетов, который сумел выиграть у легендарного Валерия Брумеля в многоборье и у Игоря Тер-Ованесяна в многоборье и даже в прыжках в длину…

— В новом фильме, — говорит Герман Германович, — мы хотим передать дух спорта тех лет и дать представление о той открытости, которая помогала нам лучше понять друг друга.

На первых матчах и у нас, и в США стадионы были, как говорится, забиты под завязку. Наши спортсмены Валерий Брумель, Игорь Тер-Ованесян, Василий Кузнецов были кумирами не только советских, но и американских любителей легкой атлетики, которые, следя за выступлениями наших спортсменов, убеждались в том, что мы такие же люди, как и они, и что мы ни в чем им не уступаем.

А потом началась перестройка (1985—1991), и всё пошло на спад. Завершающие встречи той серии, проходившие в нашей стране на второстепенных аренах, не вызывали уже почти никакого интереса у зрителей, которым теперь было не до спорта: потеряв работу, люди не жили, а выживали, не зная, как обеспечить существование своих семей.

Последний «матч гигантов» состоялся в 1985 году в Японии, поскольку японцы тоже захотели поучаствовать в этих соревнованиях. Но это, конечно, было уже совсем не в тему.

А затем всё это закончилось. К сожалению…

Когда я приступил к работе над фильмом, мною владела только одна мысль: необходимо сделать всё возможное, чтобы спасти от забвения ту беспрецедентную серию встреч между сборными СССР и США и проследить все ее этапы. (Тогда, кстати сказать, советские легкоатлеты одержали на стадионах 15 побед, потерпев только одно поражение.)



Ностальгические воспоминания и «прыжок за квартирой»
Видимо, под влиянием этого неослабевающего ностальгического чувства Герман Германович решил показать мне фотографии из старых газет, которые сегодня выглядят как опознавательные знаки тех давних времен.

На одной из них, датированной 1959 годом, запечатлены чемпионы Шестой всесоюзной спартакиады школьников, проходившей на московском «Стадионе юных пионеров». «На фото, — гласит подпись под ним, — победители соревнований по пятиборью: Г. Климов, В. Брумель и А. Липеев».

— Я тогда сделал Валерку на последнем виде — в беге на полтора километра, — улыбается Герман Германович. — И нас с ним взяли во взрослую сборную СССР. Мне тогда было 18 лет.

В феврале 1960 года мы приехали во Львов на сборы. Жили с Валерой в одной комнате и вместе пришли в манеж на свою первую тренировку. А там — лучшие прыгуны: Роберт Шавлакадзе и Виктор Большов, которые уже прыгали на 2.14 и 2.15. По меркам тех лет это был космос… Брумелю же тогда принадлежал лишь юношеский рекорд — 2. 01. Но он без всякого почтения отнесся к нашим лучшим высотникам. «В этом году, — сказал он мне, — я их сделаю». — «Ты что, смеешься?» — «Сделаю», — повторил он. И сделал…

Это воспоминание тут же повлекло за собой другое — о том, как нашему великому спортсмену удалось решить проблему с жильем.

— А знаете, как Валера получил квартиру на улице Рылеева? — почти без паузы продолжил Герман Германович.

— Нет. Никогда об этом не слышал...

— В 1963 году в Москве, в Лужниках, проходил очередной матч легкоатлетов СССР—США. Планку в секторе для прыжков установили на высоте 2.28. Только что закончился дождь, так размывший гаревую дорожку, что прыгать было невозможно.

Перед третьей попыткой в секторе появился Леонид Хоменков (один из главных наших легкоатлетических начальников), который, проходя мимо Брумеля, произнес какие-то слова. И Брумель взял 2.28 (это был его последний рекорд). «Что же сказал тебе Хоменков?» — спросил я потом Валеру. — «На трибуне — Хрущев. Прыгнешь — получишь квартиру».

Валера прыгнул.

«Но почему мой собеседник счел необходимым рассказать о «прыжке за квартирой»? Может быть, потому, что и ему тоже пришлось пережить нечто подобное?» — подумал я и тут же задал ему такой вопрос.

— В подобной ситуации я оказался в 1970 году, когда вроде бы уже закончил с большим спортом, — подтвердил мое предположение Герман Германович. — Но мне надо было получить квартиру от общества «Динамо», за которое я много лет выступал, поэтому я должен был хорошо прыгнуть на чемпионате СССР в Минске. И мне это удалось. Я показал 7.86, то есть такой же результат, как и молодой Владимир Скибенко из Ростова-на-Дону, но проиграл ему по второй попытке. В итоге он стал чемпионом, а я — серебряным призером…

А на следующий день в минском Доме кино состоялась премьера фильма «Спорт, спорт, спорт» (это моя дипломная работа на Высших курсах сценаристов и режиссеров при Госкино). Я был сценаристом этой ленты, а мой брат Элем — режиссером (накануне премьеры он приехал в Минск).

В зале тогда присутствовала вся сборная СССР по легкой атлетике. Фильм был принят на ура. И вот так, под аплодисменты, совершился мой переход от спорта к кино.

— А когда вы поступили на Высшие курсы?

— В 1968-м, через четыре года после окончания Всесоюзного государственного института физической культуры. Я всё еще продолжал тренироваться, но, конечно, далеко не так, как прежде, так как целыми днями просиживал на Курсах. Здесь была совершенно иная атмосфера, чем та, к которой я привык в сборной. Я познакомился с новыми для меня людьми, стал с ними общаться, и это всё больше и больше затягивало меня. Тем не менее в 1968 году, на первенстве Советского Союза в Ленинакане, где проходил отбор на Олимпиаду в Мехико, я всё же сумел занять пятое место.

В том же году мы с братом подали заявку на фильм «Спорт, спорт, спорт» и туристами поехали на Олимпиаду. В Мехико мы много снимали, проникаясь царившим там духом большого спорта.

Игорь Тер-Ованесян
Игорь Тер-Ованесян



Чего братья Климовы не могли себе простить
Помню, как мы с Витольдом Креером, сидя во время олимпийских соревнований в прыжковом секторе, подсказывали Вите Санееву, как он попадает на планку.

Вход в Олимпийскую деревню был строго воспрещен, но с помощью знакомых (а их у меня было полкоманды) мы пробились туда. Наши ребята жили в трехкомнатных квартирах; в каждой комнате — по одному спортсмену.

И там мы стали свидетелями трех потрясающих сцен.

Входим в первую комнату. Перед нами — Витя Санеев, который стал олимпийским чемпионом и мировым рекордсменом, и его тренер Акоп Керселян. Они ликуют и пьют шампанское.

Проходим во вторую комнату. На постели лежит эстонский десятиборец Рейн Аун. В 1964 году, в Токио, он был серебряным призером, а в Мехико получил травму (порвал заднюю поверхность бедра) и сошел. У Рейна текут слезы, а рядом с ним сидят девушки и поют ему песню на эстонском языке.

Третья комната. На кровати, облокотившись о стенку, сидит убитый горем Игорь Тер-Ованесян (только что свой феноменальный прыжок на 8.90 совершил Боб Бимон). «Ну что, Игорь? Как ты?» — спросил я его. — «Отняли игрушку», — без всякого выражения сказал он, и мы поняли, что игрушкой он назвал свой мировой рекорд.

В той квартире, на площади в несколько десятков метров, мы увидели трех атлетов, которые одновременно пережили в Мехико запредельные чувства и эмоции — от восторга до безнадежности и трагедии...

Но мы ничего не сняли. И потом не могли простить себе этого…

В течение 1969 года мы с братом работали над своим фильмом: вели съемки, занимались монтажом и озвучиванием. Я в этой ленте, кроме всего прочего, еще и сыграл самого себя.

Огромную работу по розыску нужных нам материалов мы провели в Красногорском киноархиве. Ездили в Петербург и там тоже копались в архивах. Увы, нам не удалось наладить сотрудничество с американскими телестудиями, поэтому получить что-либо и от них мы не смогли.

Композитором у нас был Альфред Шнитке. И однажды он нам сказал: «Ребята, в музыке к фильму у меня есть органная партия. Сегодня ночью мы проберемся в Малый зал консерватории (я уже договорился об этом), и я вам ее покажу». И мы втроем «пробрались» в Малый зал; Шнитке сам играл на органе, а мы его записывали…

В фильме «Спорт, спорт, спорт» прозвучал и голос Беллы Ахмадулиной, которая, избрав бег как символ нескончаемого человеческого движения «вверх и вдаль», постигла со свойственной только ей поэтической непреложностью, «что суть судьбы есть вечный бег к победе». И в этих ее словах, как мне кажется, выразилась главная идея этой ленты.



Партизанская история со стайером в главной роли
Следующей работой Германа Климова стал сценарий художественного фильма «Тактика бега на длинную дистанцию», который вышел в 1978 году. В его основу положена судьба одного из братьев Знаменских — Георгия, который во время Великой Отечественной войны был врачом в партизанском отряде…

С первых дней войны многие наши спортсмены добровольцами уходили на фронт. Уже 17 июня 1941 года из спортсменов-добровольцев были сформированы первые отряды Отдельной мотострелковой бригады особого назначения (ОМСБОН).

Всего же с 1941 по 1945 год за линию фронта было отправлено более двухсот оперативных групп, сформированных из спортсменов-добровольцев, которые были обучены минировать шоссейные и железные дороги, стрелять со снайперской точностью, бесшумно снимать часовых.

О том, как они действовали в тылу врага, Герману Климову рассказывал воевавший в составе ОМСБОНа его первый тренер Али Холадаевич Исаев, метатель диска, девять раз выигрывавший чемпионаты СССР. Свою первую победу на таких соревнованиях он одержал в 1940 году.

— Его слова произвели на меня такое впечатление, что я в течение долгого времени не мог думать ни о чем другом, — говорит Герман Германович. — Историю моего героя Ивана Русака, который в партизанском отряде лечил раненых и больных, я не придумал. Она родилась во мне под влиянием рассказов Али Холодаевича и всего того, что я знал о подвигах наших спортсменов, воевавших за линией фронта. Я же должен был прожить ее и записать.

…Когда немцы обнаружили партизанский отряд, Иван Русак, который в мирное время был одним из лучших советских бегунов, вышел навстречу вражеской колонне и, применив тактику бега на длинную дистанцию, увел фашистов от партизанского лагеря, заманив их в глухой лес…

Спорт и кино: катамаран на волнах времени
Спорт и кино. Взаимопроникая друг в друга, они сыграли решающую роль в судьбе Германа Климова. Неудивительно поэтому, что он потратил немало времени, чтобы разгадать тайну их параллельного сосуществования и взаимного притяжения.

— Десять лет назад, — рассказывает Климов, — я сделал пятисерийную документальную картину «Олимпия на бульваре Капуцинов» о спорте и о кино, которые, наверное, можно назвать главными феноменами двадцатого века.

Они родились практически одновременно: в декабре 1895 года состоялся первый публичный платный киносеанс, который провели в подвале «Гран-кафе» в Париже братья Люмьер, а в апреле 1896 года в Афинах прошли первые современные Олимпийские игры.

Я стремился узнать, как они развивались, проходя через весьма схожие этапы. И параллелизм их исторического движения меня поражал...

В начале века кино было немым, снимать его никто еще толком не умел. Спорт также был далек от своих последующих достижений. На первых Олимпийских играх спортсмены соревновались всего в девяти видах спорта, причем женщины к этим стартам не допускались, а тогдашние рекорды сегодня могут показаться смешными.

Однако и кино, и спорт неудержимо двигались к своим вершинам. И в 60-е годы они были достигнуты. В кино появились такие мастера, как Федерико Феллини и Микеланджело Антониони, уровень мастерства которых и сегодня остается непревзойденным. А в спорте выросли выдающиеся атлеты, потрясающие болельщиков не только результатами, но и своей самоотверженностью и спортивным вдохновением. Зрители же видели и чувствовали, что их кумир без остатка отдает себя борьбе на арене потому, что этого требует его душа, его человеческая суть, а вовсе не жажда во что бы то ни стало сорвать большой куш.

Когда-то, испытывая огромный интерес к Олимпийским играм, проходившим в Древней Греции, я подробно проследил, как там развивался спорт. У современных олимпиад — столетняя история, а у античных — тысячелетняя. Но они очень схожи. В программе первых древнегреческих олимпиад было всего несколько видов спорта. Потом их становилось всё больше и больше. Постоянно росло и число участников соревнований: первыми олимпийцами были только уроженцы Греции, затем к ним присоединились атлеты из ей подвластных областей.

Олимпийские игры стали центром притяжения для огромного количества торговцев и коммерсантов, спортсменов и судей стали подкупать, так как от их побед и поражений зависели успехи дельцов. Своего расцвета это достигло в Древнем Риме, где спорт стал уже чисто профессиональным, а закончилось всё Колизеем, куда со всего мира свозили диких животных и гладиаторов. И где на потребу публики совершались тысячи убийств.

Колизей вмещал триста тысяч зрителей (нам сейчас даже не снятся такие стадионы). Там проходили и сражения на воде. Для этого Колизей заполняли водой из Тибра, и туда вплывали суда с гладиаторами, которые убивали и топили друг друга. Потом открывали шлюзы, вода уходила, и гладиаторские бои продолжались на суше… Современный спорт тоже потихоньку движется в этом же направлении. Эта мысль не оставляет меня, когда я вижу, как сражаются представители смешанных единоборств.

Когда шли гладиаторские бои в Колизее, то около него собирались тысячи болельщиков, которые не скупились на взаимные оскорбления и с беспредельным ожесточением дрались друг с другом. Но разве не точно так же ведут себя порой и наши футбольные фанаты?

В картине «Олимпия на бульваре Капуцинов» я сделал акцент и на кое-каких явных аналогиях между спортом и кино, сопоставляя, скажем, режиссеров и тренеров, поскольку и те, и другие зачастую выступают в трех ипостасях: отца, друга и диктатора.

Актеры же, которые, отказываясь от услуг каскадеров, сами выполняют сложнейшие трюки, соперничают со спортсменами, а звезды футбола, тенниса или бокса в краткие мгновения триумфов и поражений на зависть артистам с максимальной искренностью выражают свою человеческую суть.

Иногда же они актерствуют только для того, чтобы обмануть либо судей, либо соперников…

Сейчас спортсмена порой оценивают не по его результатам, а по заработкам, поэтому так популярны сегодня такие соревнования, как, скажем, старты «Бриллиантовой лиги», победители которой получают огромные деньги. А вот в прежде спорт действительно был любительским; и разве у кого-нибудь повернется язык назвать профессионалами членов сборной команды Советского Союза, которые получали по 150—160 рублей в месяц?

Но человеческие силы не беспредельны, потому в двадцать первом веке спорт начал двигаться к новым высотам за счет совершенствования тренировочных методик, новых материалов и технологий…

— Согласно исследованиям, которые недавно провели американцы, мировой рекорд Валерия Брумеля в прыжках в высоту — выступай он в современных шиповках и не на гаревой, а на тартановой дорожке — был бы равен не 2.28, а 2.45. Наверное, и ваш лучший результат в прыжках длину — 7. 98, если «осовременить» его таким же образом, вырос бы до 8.30.

— Наверное. Мы прыгали в песок, а шестовики — в опилки. А по гаревой дорожке мы бежали в шиповках с трехсантиметровыми шипами, которые, проваливаясь в нее, оставляли после себя ямы.

Сейчас все другое: покрытия, шиповки, методики подготовки и, конечно же, медицина. А о фармакологии, которая сегодня стала постоянной спутницей профессионального спорта, мы и понятия не имели. Нам давали только поливитамины: желтые такие шарики.

Тренировались же мы так, как Бог на душу положит. А своему тренерскому искусству наши наставники учились в процессе работы с нами.

То же самое происходит и в кино. Сейчас оно развивается за счет высоких технологий. За последние годы никому из кинематографистов не удалось проникнуть в глубь человеческой души и открыть в нас, людях, что-то новое. Успеха же добиваются за счет невероятных съемок, внешних эффектов, словом, того, что я бы назвал машинерией.



Чтобы возродить чувство доверия...
— Но вернемся к вашей последней работе, у которой пока еще нет названия…

— Съемки мы начали 19 мая нынешнего года, в день рождения Игоря Тер-Ованесяна, у него на даче во Владимирской области. Игорь собирается приглашать к себе прежних и нынешних чемпионов по прыжкам в длину и устраивать между ними соревнования. Яму для прыжков он уже сделал.

Мы с ним поиграли в гольф, и он мне рассказал о своем сне, который, наверное, может присниться только прыгуну. Игорю привиделось, будто, прыгнув, он ощутил, что может летать. Он запомнил те ощущения. И теперь, тренируя детей, будет ставить им технику по подсказкам своего сна.

«И мне, — сказал я ему в ответ, — часто снилось, что, оттолкнувшись от земли, я взлетаю и лечу. Казалось бы, я должен приземлиться, но вот уже яма осталась позади, а я всё лечу и лечу, испытывая наслаждение от полета».

Кроме Тер-Ованесяна, мы сняли еще нескольких наших спортсменов, отличившихся в «матчах гигантов»: прыгунов тройным Витольда Креера и Олега Ряховского (в 1958 году он победил с мировым рекордом), Аиду Чуйко, первенствовавшую в прыжках в длину, Галину Филатову, дважды побеждавшую в прыжках в высоту, спринтеров Леонида Бартенева и Эдвина Озолина, на равных соперничавших с американцами, барьериста Анатолия Михайлова, опередившего всех в беге на 110 метров с барьерами, Надежду Бесфамильную, выигрывавшую на стометровке, и Александра Барышникова, превзошедшего своих соперников в толкании ядра.

Чтобы снять Барышникова, мы ездили в Санкт-Петербург. Александр — ученик знаменитого тренера Виктора Ильича Алексеева, который первым стал обучать своих подопечных толкать ядро круговым махом, то есть так, как это было свойственно лишь метателям диска. Сейчас, к слову, подобная техника стала повсеместной. Применив это круговое движение, Барышников в 1976 году побил мировой рекорд, впервые послав снаряд на 22 метра...

Вот так я окунулся в тот, уже подзабытый мною мир. Я с наслаждением встречался со своими друзьями, бывшими коллегами, слушал рассказы об их сегодняшней жизни, испытывая потрясающее чувство возвращения в те времена, когда легкая атлетика действительно покоряла мир…

Чувство взаимного доверия. Сегодня, когда на смену холодной войне пришли новые страшные угрозы, оно оказалось в огромном дефиците. И потому крайне актуальным должен стать документальный фильм, который напомнит о тех временах, когда в матчах между легкоатлетами СССР и США рождалось планетарное чувство доверия, заставлявшее людей, отрешившись от пропагандистских канонов, попытаться сблизиться, начав делать шаги навстречу друг другу.

Андрей БАТАШЕВ

 

назад

© ФиС 2009 Наш адрес: Москва, 6-й Новоподмосковный переулок, д 3, тел 786-60-62