о журнале   публикации  книги контакты   подписка заказ!
Стиль жизни
Павел Колодяжный: «Из хомячка — в пони, из пони — в кони»

Ия Боисова




Как за два года похудеть на 38 килограммов, справиться с депрессией и творческим кризисом, подняться на вершину Эльбруса, проделать путь от нуля до марафона... Об этом рассказывает Павел КОЛОДЯЖНЫЙ, дизайнер, глава дизайн-бюро в Симферополе, спортсмен, альпинист и марафонец.



— Как я уже говорил, третий, заключительный, этап похудения (эстетическая сушка тела) был самый короткий, длился всего 4 месяца, но одновременно самый тяжелый. Я ежедневно по многу километров ходил пешком, продолжал совершать высокоинтенсивные интервальные тренировки по протоколу Табата, подключил силовые, акробатические и йоговские упражнения, придерживался диеты Дюкана. Вес мой, однако, стоял на месте.

И тут жена подсказала: «Паша, ты ежедневно себя мучаешь тренировками, сидишь на жесткой диете. Так усиль всё это, добавь какой-то новый, значительный вид физической активности. Начни бегать!»

А я еще в Таиланде отдал должное ходьбе, и с тех пор ежедневно ходил, совершая по 10—12 тысяч шагов в сутки. Для меня, достаточно ленивого человека, который всегда старался не делать лишних телодвижений, это было круто. Мне нравилась ходьба, как простая, эффективная и доступная каждому физическая активность. Но вот о беге я даже не помышлял. На то были свои причины. У меня были врожденная дисплазия (нарушенная биодинамика таза) и приобретенное из-за лишнего веса плоскостопие. Плюс ко всему в армии я получил тяжелое воспаление легких, из госпиталя вышел с рубцами на легких.

В школе из-за полноты не бегал. В армии раз в неделю пробегал 3 километра, а иногда совершал зачетный марш-бросок на 5 километров. И эти армейские 3—5 километров я преодолевал на пределе, после каждого забега вспоминая о нем с ужасом. А еще я курил по полторы-две пачки в день, страдал одышкой. Одним словом, сама мысль о беге казалась абсурдной, дикой. Но я побежал...

Бег поначалу был интервальный. Около нашего дома есть небольшой школьный стадион на 250 метров, решил осваивать бег именно на нем. Круг бежал в комфортном темпе, круг — быстрым шагом. И так, чередуя поровну круг бега и круг ходьбы, я «делал» свои 3 километра. Два-три раза в неделю.

Считал, что такое чередование бега и ходьбы в моем положении более эффективное, да и дается худеющему человеку гораздо легче. К тому же мы можем пробыть на дистанции в 2—3 раза больше времени, чем только во время бега. При этом в ходе подобной тренировки эффективно сгорают калории, поскольку температура тела и частота пульса на протяжении всей дистанции остаются высокими.

Шли дни. Моя выносливость росла. У меня менялось соотношение — 2 круга бега и 1 круг ходьбы, потом 3 круга бега и 1 круг ходьбы. И вот настал день, когда я пробежал 5 километров без перехода на шаг. В этот момент почувствовал себя львом, королем жизни, суперменом!..

На третьем этапе похудения, как я уже ранее говорил, я за 4 месяца распрощался с 8 килограммами веса, нарастив при этом 1,5 килограмма мускулатуры. А итог всех трех этапов похудения был таков: суммарно я за два года сбросил 38 килограммов — со 115 до 77. Как будто сбросил с плеч мешок цемента, который я, не замечая, ежедневно таскал на себе. Мешок, который носили мое сердце, мои легкие, моя кровеносная система. Это хороший показатель, но еще было над чем работать...

Новый, 2015, год мы с женой встречали в Москве с друзьями. У одного из них, Макса, был пунктик. Он дважды пытался подняться на вершину Эльбруса, один раз до нее не дошел, а во второй раз проводник сказал, что погода ужасная, и предложил пойти на другую вершину, которая на 20 метров ниже. В итоге Макс покорил Эльбрус, но… более низкую вершину. И мысль о том, что он был на вершине Эльбруса, но на 20 метров ниже, чем другие альпинисты, была ему, видимо, нестерпима. И он сказал мне: «Паша, в мае идем на Эльбрус!» Мы были выпивши, и я легкомысленно ответил: «Давай!» Хотя, если вдуматься, где Паша, а где Эльбрус? До этого я ходил только в походы по Крымским горам, которые не выше 1500 метров. Даже определить, есть у тебя горная болезнь или нет, можно только с 2500 метров. А я на такой высоте никогда не бывал.

Но всё же я вписался, то есть подал заявку на восхождение на Эльбрус, начал тренироваться, готовиться к восхождению. А сам при этом переживал, в душе у меня было полное смятение. Но тут я вдруг здорово простыл. Спасение! Все вопросы сами собой снялись, разрешились. Никуда идти не надо. Есть железная отмазка... Но потом наступил май, Макс с друзьями все-таки пошли на Эльбрус и успешно покорили вершину. Выложили свои фоточки в Интернете… И тут меня пробрало. Они пошли, они дошли, они смогли! А я… я струсил, дал слабину. Меня это сильно «накрыло». И тогда я понял — в лепешку расшибусь, но пойду. Пусть сам, пусть в одиночку, но поднимусь! Нашел проводника на Эльбрус, договорился с ним, сам отыскал контакты опытных альпинистов, которые туда поднимались, чтобы расспросить о способах подготовки. И назначил дату восхождения в августе.

В этот период в моей жизни произошло еще одно событие. В свой очередной приезд в Москву (с целью приобрести снаряжение для восхождения) я встретился с друзьями, и один из них затащил меня на ежегодный «Олимпийский забег» в Сокольниках. Это было мое первое участие в массовом забеге. А до этого — только наматывание кругов на школьном стадионе...

Так я потихоньку готовился к Эльбрусу. В одном из блогов с советами по подготовке к восхождению прочитал: «Если сможешь пробежать 10 километров, уложив эту «десятку» в 1 час, значит, твои сердце, легкие, мышцы приблизительно подходят для восхождения». У меня не было информации, чтобы понять, подходит мой организм к восхождению или нет, а эти слова походили хоть на какой-то тест. И я начал «давить» дистанцию, прорабатывать себя, долбить эту «десятку». Когда первый раз пробежал 10 километров, меня чуть не стошнило на стадионе. Но первая «десятка» явилась для меня гигантским событием. Кто бегает, поймет меня.

Всё лето 2015 года посвятил подготовке к восхождению. И в последнюю неделю лета отправился в Минеральные Воды, чтобы начать оттуда свое восхождение на Эльбрус.

Восхождение мое было, по большому счету, одиночным квестом. Если весной у меня была возможность подняться с компанией друзей, единомышленников, близких мне по духу, возрасту, подготовке, то я профукал этот шанс. На вершину поднимались вдвоем с гидом, Пашей Черновым. Он ультраспортсмен, альпинист, фанат бега, участник многих сверхмарафонов, включая многодневный забег в Альпах. Очень толковый, вежливый. Понимающий мои скромные возможности. На Эльбрус он поднимался сотни раз. Я даже тогда не понимал, насколько он крут.

Гора далась нелегко. В моей жизни было всего несколько таких по-настоящему тяжелых вещей. И подъем на Эльбрус на тот момент был самым тяжелым испытанием. Дело не в дистанции, она там смешная — от долины Азау до вершины горы всего около 12 километров. Проблема заключалась в наборе высоты. Каждые +500 метров набора высоты меняют твои физические возможности. От 5000 метров и выше — это «зона смерти», если человек на этой высоте останется, то рано или поздно концентрация кислорода в его крови настолько упадет, что он оттуда не выберется.

Там, на горе, был очень крутой челлендж — вызов, который ты бросаешь сам себе. Каждая твоя мышца является потребителем кислорода. Ты сделал глубокий вдох, прошел 10 шагов, твои мышцы выжгли кислород, полученный при вдохе, и у тебя всё поплыло перед глазами, ты постоял, отдышался, прошел еще 10 шагов...

Рядом поднималась команда канадских альпинистов, бородатых, бывалых, которые всю жизнь на восхождения положили, покорили кучу вершин. Так вот, я видел, как эти люди, пройдя весь подъем и взойдя на плато, от которого до вершины Эльбруса оставалось всего 200 метров, начали совещаться, стоит ли им проходить дальше или разумнее будет развернуться и возвратиться в долину Азау. И они развернулись. Одного альпиниста трясло в рыданиях. И когда я сам оказался на плато, то я их понимал. Было действительно тяжело, но не из-за перегрузки мышц, а из-за набора высоты. Да, мышцам пришлось поработать, но самый главный вопрос — как работают наш мозг, наше сердце, наши мышцы в условиях недостатка кислорода. С каждым шагом выше его становится всё меньше...

Дойдя до самой вершины, я подпрыгнул. Не очень высоко, буквально на 20—30 сантиметров. От усилия на прыжок у меня помутнело в глазах, я «поплыл». Но оно того стоило. Теперь я с гордостью говорю, что был на высоте 5642 метра, и добавляю: «И 30 сантиметров!»

Из Минвод я прилетел в Москву, отдал альпинистское шмотье и снаряжение друзьям. Гуляли. Был конец сентября, и я впервые увидел со стороны Московский международный марафон мира. И тут я вдруг им проникся. Возможно, этому способствовало внутреннее ощущение победителя после восхождения. Но я впервые увидел большой марафон. Красиво, круто, настоящий праздник спорта. Не то что мой любительский бег на 10—12 километров. «Я тоже так хочу!» — сказал я себе, в этот момент решив, что через год, на следующий свой день рождения сделаю себе подарок — пробегу ММММ. Хотя в тот момент даже не понимал, какой огромный разрыв между моей обычной беговой дистанцией и марафонскими 42 километрами.

Вернулся в Крым. Начал тренировки. Продолжал закаливаться. После воспаления легких, перенесенного в армии, сказал себе, что такого со мной больше никогда не произойдет, поэтому с тех пор закаливаюсь. Раньше ежедневно обливался, сейчас принимаю холодный душ. Лет с двадцати моржуюсь, люблю приезжать к морю и купаться в любую погоду. Хотя бы раз в неделю, даже зимой, выбираюсь поплавать в открытой воде.

Вторая вещь, которая родилась из моих былых комплексов, — это занятия экстремальными видами спорта. Дело в том, что я до паники боюсь высоты. На грани фобии. Поэтому постоянно загоняю себя в такие ситуации, где приходится встречаться со своим страхом — чтобы его преодолеть, проверить, насколько я могу далеко зайти, не потеряв при этом контроль. Отсюда и все мои горные вершины, и переходы по подвесным мостам над пропастью, и занятия джампингом, дельтапланеризмом, полеты на шаре. Страх при этом никуда не делся, видимо, в нем есть иррациональная природа...

Как промежуточный этап подготовки к Московскому марафону в сентябре, я планировал пробежать в апреле Ялтинский полумарафон. Это была моя первая «половинка». Бежал медленно, трусцой, закрывал ее как тренировку. Не участвовал в забеге, а прорабатывал дистанцию. Самым важным было проверить свою физическую форму, понять, закрою я 21-километровую дистанцию или нет.

Ха! Первое, что сделал после финиша и получения медали, — закурил. Да, я начал участвовать в забегах, еще в полный рост куря! Понятно, что следующим шагом на пути к марафону будет расставание с сигаретами. И я этот шаг сделал. Бросил. Хотя дался он мне гораздо тяжелее, чем участие в забеге. И это было даже большей победой на тот момент.

«Половинка» закрыта. Крым, лето, жара. Упорно тренируюсь, «пробиваю» длинные дистанции. Асфальт плавится, кроссовки на ногах горят, подошвы протираются начисто, до дыр... Но на это отвлекаться некогда, впереди Московский марафон!

Окончание следует

Продолжение. Начало см. в № 1 за 2018 год.

 

назад

© ФиС 2009 Наш адрес: Москва, 6-й Новоподмосковный переулок, д 3, тел 786-60-62